От запаха начинающих поджариваться сосисок хочется тихо застонать и сползти прямо на стул, потому что продержавшийся почти весь вечер терпеливо и ничуть не напоминая о своих потребностях желудок сводит от голода, а рот наполняется слюной. Аромат божественный. Обычный способ сделать любую еду намного вкуснее - это на удивление не приправы и оттачивание годами кулинарного мастерства. О'Флаэрти замирает у сковородки, выдыхая через рот и собираясь с силами, первой попавшейся по руку лопаткой размашисто и едва не перекинув через край пару сосисок переворачивает их, взмахом палочки уменьшает жар, чтобы не сгорели, оставшись внутри холодными словно айберг. Она не особенно умеет готовить, но опыта, пока гостила у периодически отсутствующего по работе дяди, успела набраться. Опыт же не пропьешь.

Хрустящий крекер желудок категорически не принимает за еду, к столу О'Флаэрти возвращается одновременно загруженной и даже не ответными вопросами к ней, а скорее тем тоном, каким они были заданы - и принимающим, и кажется с нотами извинения, или просто для самой ирландки жить на два мира оказалось практически невозможно, одновременно с этим явно по лицу голодной и все таки немного пьяной. Она сама не понимает, зачем взяла эту бутылку, правильнее всего было бы закончить с Рикеттом, указать ему на камин и отправиться спать.

Почему его это должно смущать?
Ох-ре-не-ть.

Первое же предложение заставляет девушку в ответ честно скривиться, она видела родителей Рикетта на платформе много раз, узнавала его отца в очереди летом в магазинах, где он легко болтал с продавцами, и была знакома с его матерью совсем недолго во время войны, когда в панике искала по больнице пострадавшего от оборотня друга, товарища по борьбе с этой заразой лесов - егерями. Пренебрежительное и негативное описание их для всех магглов... ладно строгие родители могут упечь в частную школу, у них может не быть денег на большинство вещей, ты можешь оказаться в положении, что необходимо им всегда помогать - это понятно.

- Лучше? Отвратительно, - беречь чувства однокурсника она и раньше особенно не старалась, с годами в принципе научилась не так честно высказывать свое мнение, но не голодная, не под алкоголь, и не чувствуя внезапно обиду за такой рассказ. Она наверно слишком любит своих родителей - мать, аналогично бросившую волшебный мир, но никогда не скрывающую ничего ни от мужа, ни от детей, принимающего магию отца, который мог бы быть в ужасе от всех этих книжек с историей магии и возможностью, что их обнаружит какой-нибудь вор. Отец, к счастью, гарда в их деревне, что немного бережет от грабителей.

- Маггловской родне немного рассказываю, ну - вот удивляйся сколько влезет - мне проще в магическом мире, а для магглов так... работаю в полиции, меня английские... хм... - называть их бабушкой и дедом уже много лет не хочется, о них даже в семье больше не упоминается, ни приглашений, ни писем, лишь встречается внучка с дедом периодически в коридорах Министерства, да расходятся. Быстро. Словно они никогда не были знакомы. Однажды только Фабиан Уайт решился заговорить с девушкой - и красный как рак сбежал от её громких на пару этажей обвинений. - Родственники устроили в одиннадцать лет в школу-интернат, потому что у них такая больная традиция, и там не было благ цивилизации. Они появлялись у нас в деревне, очень строго относились к соблюдению статута и ни с кем кроме их кровных родственников почти не разговаривали, но ты знаешь как поддерживать разговор и при этом помалкивать о своей жизни, мы здесь же с тобой много на эту тему болтали.

Забавно, летом 1996 года они сидели на кухне в ситуации ровно наоборот, автоматически Максин потирает оставшийся шрам на лбу от совершенно дурацкого купания в шторм, резко вскакивает со своего места перевернуть сосиски и немного подумав вываливает их уже на тарелку. Не прожарились прям равномерной корочкой - так не на конкурс перфекционистов же отправлять.

- Интересно, а вилки у него были... не здесь, - открывает первый попавшийся ящик, вдруг совершенно забыв планировку кухни по части всяких чашек для гостей и столовых приборов. - Не говори хоть "предки", черт возьми, ты уже не сопливый подросток, - в третьем ящике она наконец находит пару вилок, с каким-то раздраженным нехарактерным и размашистым движением опускает тарелку на стол между ними, протягивает Рикетту вилку, второй тут же цепляет одну из сосисок, бросает взгляд на мужчину, поймав себя на каком-то желании его снова ударить, чтобы появилась компания у разбитой губы и приличного синяка.

Но просто жует сосиску.

Их истории не подходят к сравнению, отказаться от родственников для одного - осознанный выбор, для другого - неприятная необходимость, вести и об этом долгий и утомительный спор возможно, если бы хоть один из них был способен поставить себя на место другого. О'Флаэрти не расскажет ничего о деятельности своего деда в Министерстве, об этом все равно знают все аналогично провинившиеся, слухи расползаются дальше, но остаются слухами. Не расскажет, что в одном из разговоров он почти радовался новым порядкам, из-за которых планировалось скоро запретить и волшебникам жениться на "грязных животных", а может и жить под одной крышей. Не расскажет о сортировке анкет в кабинетах. Он просто выполнял свою работу, так было решено по итогам рассмотрения его деятельности, но Максин прекрасно видела в нем желание повышения.

Ничего плохого в этом нет, правда?

- Не просто так они мне не нравились, как оказалось, - сухо произносит в ответ, отводя взгляд просто удержаться от желания добавить к не вылеченному синяку еще один немного выше. Школа открыла у Рикетта талант вызывать это желание ему врезать, и до сих пор он не угас, правда все при этом повзрослели. И Макс не видит смысла тратить силы на то, что можно объяснить словами или не объяснять вовсе. Их сосиски ждут.

Поставить себя на место другого не сможет и О'Флаэрти, никогда не терявшая от любви связи с реальностью, не ставившая никого в центре вселенной - у неё просто иная картина мира - и соответственно не отодвигающая на периферию в глухую тень ни родителей, ни друзей. И ей странно, она никогда не видела Рикетта в роли жертвующего всем, нет, в мученичестве все равно есть подпитка собственного эго, в обещании всех звезд базисом остаются свои желания, здесь же нечто иное. Непонятное.

Некоторые сказали бы, что это такая любовь.

Тупое объяснение.
Тупая ситуация.

Да в принципе все сходится.

Сосиски вкусные, одну их них Макс съедает буквально за половину минуты, наслаждаясь вкусом и заметно отвлекаясь от разговора о родителях и секретности.

- Он не распространяется на семью, - слегка качает головой, автоматически и не зацикливаясь больше на обсуждении, - странно как получается, мне казалось ты будешь одним из надоедливых адептов встреч выпускников, я бы начала узнавать твоих сов из тысячи и отстреливать прямо из окна, - опускает вилку на стол после просьбы о кетчупе и автоматически пододвигает ближе к Рикетту бутылку виски, то ли рассчитывая, что здесь должна стоять бутылка с томатным, то ли не обратив внимание на само слово.

- Видел здесь кетчуп? - переспрашивает более заинтересованно, оглядываясь по сторонам, но на кухне пусто, разве что в каких-нибудь шкафчиках. Один взмах палочки с невербальными манящими чарами и пара секунд тишины, прежде чем волшебница пожимает плечами. - Извини, дом не готов к званому ужину.

Под ногами в одном из подвальных помещений раздается звук разбившегося стекла, заставляя Макс привычным для хит-визарда движением перехватить удобнее волшебную палочку, шикнуть мужчине напротив и напрячься в первые мгновения, пока она не поймет, что вероятно это был кетчуп. Или все же не он. Целая и невредимая бутылка шашлычного кетчупа заворачивает на кухню прямо по траектории через затылок одного администратора развлекательного центра.

О'Флаэрти реагирует коротким смешком на двусмысленное "все равно достал", сколько раз она про это говорила разными синонимами и схожими по смыслу словосочетаниями за второй десяток своей жизни не пересчитать, сколько раз об этом думала - тем более, но справедливости ради сейчас на кухне её Рикетт не раздражает. Им не о чем спорить, нечего делить, больше нечего друг другу доказывать, у каждого складываются свои сложности в отношениях, и даже осуждать его решение скрывать от жены магический мир становится сложно, когда тебе в ответ прилетает что-то о полной неадекватности отношений в твоем собственном доме... можно сказать, справедливое, можно упрямо ничего не говорить, не его ведь дело.

Тянет переспросить, не увязывается ли наличие совы с религией их якобы секты, но Макс вовремя вспоминает, что сам Рикетт решил держать подальше магический мир от своей жены, а не посмеиваться над этой ненормальностью под мягкий звук прилетающих на стол писем из птичьих когтей. И вообще она сама решила не делать это темой вечера.

Так зачем им связываться?
Не хватает маггловских друзей на посиделки в баре?
Или ей стоит самой превратиться в сову, чтобы рассказать Эпплби как дела у её бывшего загонщика, да передавать ему обо всем происходящем в магическим мире тихонько под гул фанатов какого-нибудь Тоттенхэма?

- Можешь ну... наверно, зайти в бар и сунуть голову в камин с криком "Министерство магии", - пожимает плечами, предусмотрительно не откусывая в этот момент кусок сосиски, во-первых, кетчупа еще нет, во-вторых, чтобы не подавиться от представления этого зрелища. - Увы, телефоны дома не работают, а ты заскочи на почту или это новую... - щелкает пальцами, пытаясь вспомнить точное название, но говорит чисто наобум, - wizardpost? Не пользовалась никогда, рекламу видела, что они и магглам письма подбрасывают без сов, - может быть и стоит попробовать, написать старым друзьям так, а не выискивая время между сменами топтаться на почте или появляться в их городах внезапно на часик, никому не говоря, куда она после этого испарится.

Ниже этажом наверняка огромная лужа этого кетчупа в осколках у тяжелой двери от её колдовства, придется спуститься вниз после позднего ужина, убрать, иначе на утро обо всем забудется до появления дяди в собственном доме. И у него будет всего пара вопросов.

Сосиски без соуса вдруг становятся не такими уж вкусными.

Но кетчуп является - Макс поднимает голову, когда замечает краем глаза в дверях полет бутылки, может быть на этот её взгляд реагирует Рикетт, может быть он не стал совсем безнадежным в уворотах, и Максин остается только протянуть руку и поймать успешно разминувшуюся с его затылком бутылку. Вопросов становится немного больше - во-первых, не разбилась ли внизу бутылка с каким-нибудь более ценным содержимым, во-вторых, не прилетит ли весь запас кетчупа таким образом к ним на кухню.

- Долечить? - уточняет, что именно "пора", тоном явно намекающим, что бросать ужин ради синяков она не собирается в ближайшее время. - Ага, сосиски - синяки - сваливаешь, - согласно кивает и стучит по дну бутылки кетчупа, чтобы выдавить его прямо на сосиску, а потом уже поставить на стол на расстоянии вытянутой от себя руки. Рикетт план воспринимает с большей поспешностью к выполнению, Максин не успевает и доесть, как тот подскакивает и хозяйственно топает к раковине искать моющее средство с губками.

- Нет, зачем на моющее тратиться, - пожимает плечами и сунув в рот последний кусок сосиски, поднимается просто оставить в раковине тарелку с вилкой и возвращается на свое место. Садится вполоборота, с ногами забравшись на стул.

Мужчина у раковины - хороший же вид.

- Ты меня на хот-доги приглашаешь или предлагаешь все забегаловки в Ливерпуле самой проверить в поисках той самой с волшебным кетчупом? - он её все таки удивил, Максин была уже готова переспрашивать, в чем заключается волшебство, когда Тони сам пояснил, что говорит чисто с маггловской точки зрения. Хотелось бы надеяться, что "огонь" - это тоже в переносном смысле.

Проглоченные в темпе сосиски с кетчупом самочувствие заметно улучшают. Нет, трезвеет Макс не очень сильно, но больше не бледнеет и не планирует провозгласить сантехнику в маленькой комнате своим лучшим другом и главным слушателем ворчания на ночь. Немного добавки после "сваливать" чисто уважения к традициям ради - и сама Максин свалится в постель гостевой комнаты до самого утра своего заслуженного после дополнительных смен выходного дня. А что делать на выходных? Отдохнуть в Уиклоу, добрести до уже более соответствующего своего прозвищу Дефа, который с недавних пор каждую песню кричит, как будто дает концерт сразу англичанам? Или постараться разобраться со своей в настоящий момент наверняка докладывающей колдомедикам о ссадинах после драки второй [лишней] половинке? Нет, это точно не завтра.

- Откуда он молодую симпатичную маггловку приведет? Много падких на пятидесятилетних с хвостиком знаешь? - справедливости ради дядя у неё несмотря на появление морщин на лбу держал себя в хорошей форме и как подобает волшебникам не выглядел настолько повзрослевшим, но при этом он был уже давно женат. И всех молодых падких маггловок мог отправить в очередь к своем сыну.

Не сложно об этом было забыть, упоминаний о семейном положении в этом холостяцком доме за пределами спальни хозяина было очень мало, и Макс уточнять эту маленькую деталь о случайной пропаганде супружеской неверности не стала. Обхватывая руками колени, О'Флаэрти просто смотрит, как на тарелки Рикетт накладывает чистящие чары, а сковородку придирчиво принимается очищать с помощью губки.

Наверно, дома у Рикетта всё в порядке и с чистящими средствами, и с фотографиями на полках со свадьбы и на праздновании первого года старшей дочери, но он прячет от жены волшебную палочку и делает вид, что не существует волшебного средства от синяков и любого пореза, что он не учился превращать мышей в певчих птичек и тому подобному пять лет, что фейерверки второго мая ничего для него не значат.

- Но теперь ты никогда не бываешь в ливерпульских барах? - уточняет, последнее звучит очень похоже на "не столкнемся", и если поначалу девушке было совсем не важно, встретится ли она с бывшим однокурсником снова, даже более чем не важно - не видела бы его еще пятилетку, то сейчас хотелось принципиально уточнить после приглашения. - И я тоже не бываю в ливерпульских барах, да и не знаю, где буду жить, если не на работе... а знаешь, можешь отправить туда письмо, может быть как ты созреешь, у меня появится и свой кабинет с ящиком для корреспонденции, свой хит-визард на побегушках, с которым я напишу тебе ответ, - придумывает вовсю, но ей кажется смешным, если через пять лет вдруг Антонио вспомнит о своем предложении.

Интересно, дождутся ли этого дня волшебные хот-доги.

- Найдется свободный день у молодого папаши - пиши, посмотрю, не выпадет ли на него моя смена, - поменяться с кем-нибудь ради встречи - слишком много чести, но не афишируя этого перед бывшим однокурсником вполне возможно. - Не парься только, на полгода я о тебе с удовольствием забуду, - усмехается, как только он поворачивается, оставив сковородку на сушке.

- Ага-а, - протягивает в ответ ирландка, соглашаясь то ли со своим удобством, то ли с переходом к синякам. Планы из головы Макс почти вылетели за время мытья посуды, и она на пару секунд задумывается, прежде чем схватившись за край стола резко подняться на ноги и поначалу неосторожной походкой, цепляясь рукавом за ручку двери, вернуться обратно в гостиную. - И убрать твою кровь, - вздыхает, задерживая взгляд на беспорядке от неожиданного гостя.

Обернувшись к Рикетту, Макс снова цепляет его пальцами за подбородок, по-деловому заставляя повернуть голову удобно для себя рассмотреть синяк, с которым нужно работать. Небольшая щетина очень мешает, но не скрывает появление новых оттенков от хорошего удара, и заметить можно, и работать сложно. Мужчин законодательно пора бы обязать бриться хотя бы через день, если у них есть чувствительные к травмам на лице женщины или склонность найти себе проблемы, которые не хотелось бы им объяснять.

Жестом большого пальца в сторону дивана О'Флаэрти просит приземлиться туда, ей колдовать снизу вверх никогда не нравилось, а как только её понимают и слушаются, обводит кончиком палочки края синяка - не обязательная часть, но так проще сосредоточиться, - и делает взмах.

Зевает.

- Так напомни, тебя можно просто пнуть в камин? - не дожидаясь ответа, девушка направляет палочку и разжигает яркий в нем огонь, к свету комнаты прибавляются уютные теплые оттенки, становится как будто теплее, хотя слишком рано для действительно распространения тепла. Но Макс замирает, задумчиво оценивает огонь и делает пару пасов, от которых огонь то разгорается ярче, то как будто замирает во времени. Появиться в этом камине извне никто не может, а насчет перемещений остаются вопросы - куда он откроется?

- Экскуро, - направляет палочку на ковер с грязными следами, - чиркни мне пару строк как вернешься, интересно, что тебе скажут, - кивает на его просто помятый вид.

Пугать человека чарами в камине раньше времени не стоит, такое правило есть, то что заставит гражданских паниковать, стоит держать при себе.