Профессор Синистра редко требовала от своих учеников огромных докладов, зубрёжки или какого-то фанатичного отношения к своему предмету, но слизеринец всегда стремился узнать чуть больше, чем давалось им на уроках. Возможно, это осталось гнусной привычкой с детских лет, когда старуха Монтегю запрещала внуку столько времени посвящать никому не нужной астрономии и подсовывала историю магии. Маленький бунтарь менял обложки и читал то, что ему нравилось. Сейчас же нужды менять обложки не было, но вот интерес к астрономии остался.

        По мнению Монтегю, мадам Пинс могла бы заменить всех дементоров Азкабана, если бы ей доверили сторожить преступников. То, как она самоотверженно заведовала библиотекой, в некоторой степени просто восхищало. Настоящий книжный Цербер в остроконечной шляпе и сухими от страниц пальцами. Эта женщина чинно блюла порядок в своей библиотеке и ни единой живой или мёртвой душе не позволяла нарушить его. Монтегю только что попался с тем, что попытался вынести книгу по астрономии, не записав её на своё имя, за что ему вообще запретили её взять с собой. В принципе, у Грэма сейчас было свободное время, потому что писать доклад по трансфигурации он заставил Скалби, мальчишку-пятикурсника, который случайно пролил чернила на только что начатый Грэмом доклад; у Блетчли была какая-то серьезная подготовка к занятию по Древним Рунам, а друзья-семикурсники торчали на каких-то лекциях по обсуждению выпускных экзаменов. Поэтому полностью предоставленный сам себе Монтегю покорно устроился за одним из свободных столов в библиотеке и читал о кротовых норах.

   Студентов в этот вечер в библиотеке наблюдалось приличное количество, поэтому немного отвлекшись на болтающего ногой и из-за этого дергающего скамейку хаффлпаффца, Монтегю поднял глаза и увидел, что перед ним сидела ни кто иная, как Мелинда Боббин. Если перед Грэмом лежала всего одна книга и этот несчастный вечно таскающийся за ним кот, которого он неделю назад нашел в подземельях, то перед Боббин же красовалась целая крепость из кучи переплётов и древних пергаментов. Монтегю особо никогда близко не общался со своей кузиной, потому что семейные собрания он всегда игнорировал, а сама же Боббин казалась ему какой-то не из его круга. Встретившись взглядом с Мелиной, Монтегю слегка кивнул, но не произнёс ни слова, а затем снова уткнулся в свои кротовые норы, которые ему были куда интереснее своей кузины.

Грэм немного осматривается по сторонам, чтобы найти того, к кому именно обращается Боббин, но понимает, что он тут единственный, с кем его кузина вообще могла заговорить, поэтому сделать вид, что он её не заметил, не получается. Он уже собирается попросить повторить сказанное своим фирменным "Чё?", но кратковременная память дает о себе знать и до Монтегю доходит, с чем именно к нему обратилась Мелинда.

    — Что-то было такое. Какой-то рейд на библиотеку, — пробасил Грэхэм, попутно дочитывая последние строки главы. — Я тогда мелкому Криви скормил его собственную работу по заклинаниям, — он довольно загоготал, вспомнив тот день. Малфой в середине декабря собрал всех членов Инспекционной Дружины и сообщил, что им необходимо очистить библиотеку от книг, которые не рекомендованы Министерством Магии для изучения. Если бы у Монтегю было время и желание, то он обязательно б задумался над тем, какая именно писанина не устраивает Амбридж. Защита от Тёмных Сил хоть и была сложным предметом, но всё же в ней было своё очарование, когда им проходилось сражаться со всякими тварями, типа колпаков, гриндиллоу или боггартов. Сейчас же, судя по разговорам друзей, уроки ЗОТС проходят скучнее, чем история магии у профессора Бинса. Впрочем, Монтегю хотел плевать на эти странные указы мадам Генерального Инспектора — он не нанимался в подмастерья к Филчу. Поэтому, когда ребята прятали запрещенные книги, Грэхэм развлекался тем, что учил младшее поколение грызть гранит науки в прямом смысле этого слова.

    — Попробуй в Запретной Секции посмотреть. Если тебе нужно что-то из старой литературы, но все книги поместили туда, — он махнул головой в сторону дверей, ведущих в особую часть библиотеки, и запустил руку в кота, погладив его против шерсти, — Ну или отдали на растопку очага домовикам, — столь же непринужденно добавил парень. Вопросы, касающиеся книг из Запретной секции, Монтегю всегда решал одинаково: зная, что никто из преподавателей в здравом уме не даст ему допуск, он отправлял обаятельную Хизер или гордость школы Квентин решить его маленькую проблемку, а с девчонками он уже потом сам как-нибудь разбирался. Боббин же, в его глазах, выглядела сущим ангелом, да и серьезных проступков за ней не числилось, а о её успехах в зельеварении даже ходили легенды, даже Снейп однажды посоветовал Монтегю обратиться к своей кузине за показательной варкой Летейского эликсира. А это означало, что у этой девицы точно не должно быть проблем с тем, чтобы достать нужный ей пергамент из Места-Которое-Нельзя-Посещать.

У Монтегю даже правый глаз задергался стоило Боббин произнести звучное "отстой". Она всегда казалась ему примерной девочкой, пыхтящей над котлами во имя семейного бизнеса, и не позволяющей себе какие-либо отсылки к маггловскому миру. Не то, чтобы этот "отстой" был истинно маггловского происхождения, но из уст потомственной ведьмы, воспитанной в цивильном обществе, это звучало довольно дерзко.

       Грэм немного скривился, но не стал утруждать себя лишними разговорами на пустые темы. Он снова уставился в книгу, наивно посчитав, что на этом диалог с его дражайшей кузиной окончен, но вот читаемые буквы никак не складывались в слова, а слова в предложения, потому что парень думал о чем угодно, но только не об астрономии. Он вспомнил, как скормил Криви его же пергамент, как профессор Амбридж довольно визжала, наводя порядки в школе, а также, как во время одной из таких уборок Гойл наступил на хвост миссис Норрис и как потом уже визжали все, начиная от кошки и заканчивая самим Грегом, получившим затрещину от Филча. Но вскоре Монтегю понял, что не Гойл и не Амбридж мешали ему сосредоточиться, а Мелинда. Девушка всё также сидела напротив него и всё также вела с ним диалог. В любой другой ситуации парень прогнал бы мешающую ему малолетку, но какой бы надоедливой она ему ни казалась, Боббин была его сестрой. Пускай вне стен Хогвартса они виделись совсем нечасто, но всё же что-то не позволяло ему вышвырнуть её из-за стола.

   Окончательно убедившись в том, что дочитать предложение ему не удастся, слизеринец снова поднял взгляд на Мелинду и услышал только последние слова касательно балды и астрономии.

    — Что подписать? — он непонимающие уставился на неё, -  Морду себе подпи ... хм ... — тут же осёкся Грэм и моментально добавил, — Это не тебе, — он ухмыльнулся и громко захлопнул свою книгу,  — Если срочно надо, то иди сама туда, ты мелкая ... между решетками пролезешь, — он пожал плечам и оглянулся назад, прикинув втиснется ли туда Боббин, но даже если и нет, то будет очень смешно, если она там застрянет. Монтегю точно не знал, лежит ли на входе в Запретную секцию какое-нибудь заклинание, но что-то ему подсказывало, что вся охраняющая магия была сосредоточена в огромной замке, повисшем на массивных цепях.

    — Я могу отвлечь грымзу, — он поднялся с места, размяв затёкшую шею, а затем в одну руку взял кота, а в другую книгу по астрономии. — Резче, Боббин. Другого шанса не будет, — немного наклонившись, он подмигнул своей сестрице, которая, похоже, не особо торопилась наведаться туда, куда простым смертным запрещено.

Если честно, то Монтегю совсем не ожидал такой реакции от Боббин. Он почему-то был уверен, что девчонка даст заднюю и начнет изворачиваться и рассуждать о том, что нельзя нарушать школьные правила. Подумать только — всего две минуты разговора, а ближайшая родственница открылась с новой стороны. Может, это большое упущение, что они так редко общаются? Впрочем, плевать. Сейчас у Грэма весьма хорошее настроение и пока что никакая тварь не успела его испортить, так почему бы не воспользоваться шансом и не сделать доброе дело? Особенно для родной кровинушки. Ха-ха, ладно, это уже глупые сантименты. Грэму просто стало скучно.

     — Тебе хватит, — он ухмыльнулся Боббин, а затем двинулся к мадам Пинс, не дожидаясь её ответа. Если Мелинда и не воспользуется этим шансом, то он хоть повеселится. Парень сам ещё толком не знал, как будет отвлекать старую волшебницу, но действовать по ситуации — это прямо в его духе, поэтому он не придумал ничего умнее, как использовать кота в своих мерзких целях. Изюмчик, кажется, уже давно должен был смириться с тем, что попал не в те руки, но всё же он был тем ещё мазохистом, потому что каждый раз всё равно возвращался к своему новообретённому хозяину, даже после того, как тот бросал его в Озеро, поджигал хвост или выдёргивал усы. Сейчас же коту была уготована другая участь. Ерундовая, но всё равно он оставался в главной роли.

    — Сдаю, — сухо сказал слизеринец, выкладывая книгу по астрономии перед мадам Пинс и дожидаясь, когда она покажет свой крючковатый нос. Он ещё раз снова обернулся на Боббин, которая уже поднялась со своего места и, кажется, ждала сигнала либо просто наблюдала за тем, что будет делать её кузен. И вот стоило библиотекарше податься вперед, как Монтегю картинно крикнул "СТОООЙ!" и бросил извивающегося кота прямо в лицо Пинс. Кошачий вопль и старушечьи крики разогнали мертвецкую тишину в помещении. Изюмчик крепко вцепился когтями в лицо грызцы, которая никак не могла оторвать его от себя. Все студенты тут же повскакивали со своих мест, чтобы посмотреть на это представление. Слизеринец хотел сделать вид, что действительно хочет помочь библиотекарю, но вместо этого принялся громко ржать. Уж очень душещипательная картина нарисовалась перед его глазами. Такого самопожертвования он совсем не ожидал от своего кота.

      Наконец, вспомнив зачем он устроил это шоу, Грэхэм обернулся на кузину. Мелинда не поддалась всеобщей истерии, а мирненько колупала волшебной палочкой замок на воротах, ведущих в запретную секцию. Он довольно ухмыльнулся, прикидывая успеет ли он закрыть за ней дверь, когда она исчезнет. Но вот незадача — голос мадам Пинс резко прорезался, кот взвыл больной гиеной и отлетел в сторону, снося всё на своём пути. Старухе удалось выбраться из кошачьих когтей и она уже вовсю орала на самого Монтегю.

    — Это не я! Он сам на вас прыгнул, — попытался как-то оправдаться Грэм, а сам думал о том, что Боббин явно не успела попасть в Запретную секцию. Решение пришло само, когда он сунул руку в карман, чтобы нащупать там волшебную палочку и попытаться сотворить какое-нибудь заклинание. Небольшой свёрток с темным немного блескучим порошком только сегодня утром был конфискован у какого-то гриффиндорца. То, что это какая-то запрещенная штука, было явно, вот только эффекта Монтегю не знал. А памятуя о том, что это было изъято у друзей близнецов Уизли, то Грэм предположил, что ему сейчас этот порошок может здорово помочь. Он вытащил сверток из кармана, но даже не успел его толком развернуть и куда-либо бросить, как огромное помещение библиотеки заволокло беспросветной дымкой. Парень даже сначала не понял, кто и когда успел выключить дневной свет.

Если Грэм считал, что наделал много шума, когда бросил кота в мадам Пинс, то теперь он понял, что это были только цветочки. После рассыпавшегося порошка и опустившейся на библиотеку непроглядной тьмы слух будто усилился в несколько раз. Детишки завопили так, что ни одной ведьме банши и не снилось. Рассмотреть, как там дела у Боббин уже не представлялось возможным, поэтому Монтегю посчитал, что его долг, как старшего брата исполнен, и он может смело идти обратно в гостиную. Не важно, что скорее всего у Мелинды возникли проблемы с тем, что ей ничего не видно в Запретной секции, но она же всё-таки добралась до замка и, вроде, успела его открыть незаметно от старухи.

    — Кис-кис, — равнодушно позвал Грэхэм своего котика, а затем вытащил палочку, мысленно гадая, почему ещё никто не додумался зажечь свет, — Люмос! — ожидаемого эффекта заклинание не произвело, поэтому парень несколько раз повторил попытку,  используя даже более мощные варианты Люмоса, но всё было тщетно. Даже чары огня не помогли в это ситуации, отчего Монтегю невольно присвистнул и задумался над тем, не переусердствовал ли он. Но думать было некогда, надо было поскорее избавить от улики, поэтому он бросил в сторону свёрток с треклятым порошком и наощупь двинулся куда-то в сторону выхода.

     Оказалось, что найти огромную дверь, ведущую в коридор, не так-то просто, когда перед глазами одна сплошная темнота, а под ноги то и дело попадаются ученики. Кое-как раскидав малышню по углам и не забыв при этом надавать им по шее, Грэхэм понял, что уже удалился на достаточное расстояние от места преступления, потому что крики остались где-то в стороне и он нащупал что-то тяжелое и металлическое. Нет, это была не дверная ручка, а ... замок? огромный массивный замок, который он разглядывал буквально несколько минут назад, когда Боббин спрашивала про Запретную секцию. Неужели он настолько заблудился в пространстве, что пошел в другую сторону? Впрочем, Запретная секция — не такая уж и плохая идея. Мелинда, наверняка, уже спряталась там, а значит и ему можно.

    Стоило слизеринцу пройти сквозь железные прутья, как ему показалось, что атмосферка вокруг немного изменилась. Конечно, он продолжал слышать шум с библиотеки и перед глазами ничего так и не прояснилось, но сам факт, что секция называлась Запретной и что он тут находился без разрешения, добавлял определенный шарм. Планов на вечер всё равно никаких не было, так как Майлз зарылся в свои руны, а Уоррингтон с Пьюси вообще потерялись со своими выпускными подготовками, поэтому можно было прогуляться и по закрытой части святилища Хогвартса.

    — Хехей, держи свои ручки при себе, сестрица, — громыхнул Монтегю, когда понял, что Мелинда только что врезалась в него. Решётка позади звонко лязгнула и известила о том, что сейчас им точно нет пути обратно. Можно было, конечно, повозиться с замком, но зачем? Они специально устроили это представление, чтобы Боббин сюда попала, нельзя упускать шанс.

     — Не благодари, — привычным издевательским тоном сказал Грэм и пошел вперед, изредка стукаясь плечами об углы стеллажей. — Ну веди. Что там тебе надо было найти?  Вот же драккл, ничего не видно! Пошли дальше, — он грубо схватил Мел за руку и потащил за собой вглубь секции. Он почему-то был уверен, что чары, защищающие эту часть библиотеки, смогут укрыть их от злополучного действия порошка.

Дальше собственного носа ничего не видно. Одна чернота. Грэм хоть и не заглядывал в задницу кентавра, но почему-то был уверен, что даже там посветлее будет. Он не особо слышит разговаривающую позади себя Мелинду, поэтому не спешит ей что-либо отвечать. Он добровольно зашел в Запретную секцию, прекрасно понимая, что это не тот выход, который он искал изначально. Но дело сделано, да и возвращаться сейчас было уже поздно. Они успели прилично пройти внутрь, постоянно стукаясь о шкафы, отбиваясь от каких-то кусачих и шипящих книг.

     — А я чё говорил? — довольно бурчит Монтегю на замечание сестрицы о том, что впереди становится светлее. — А что это было — неважно. Меньше будешь знать, крепче будешь спать, — в рифму выдает научную мудрость парень. На самом деле он сам не знает, что это была за ерундовина, но её определенно надо взять на заметку. Только бы вспомнить того пацаненка, у которого он отжал этот порошок.

    Они вместе продвигаются ещё дальше. Запретное крыло библиотеки кажется каким-то нескончаемым, будто подземелья замка и то в два раза короче. Боббин твердит о каким-то Борне, но Грэм больше озабочен тем, чтобы поскорее выбраться на свет. Дымка хоть и рассеивается, но прочитать названия книг всё равно не представляется возможным. Иногда корешки светятся, выдают какие-то буквы, а иногда даже и руны. Сюда бы Блетчли запихнуть, он бы быстро сообразил, для чего они нужны. Но имеем только малолетнюю сестрицу, темноту перед глазами и будущую кучу проблем из-за нахождения здесь.

     Неожиданно Грэм слышит позади себя непонятный звук: Мелинда то бьется о шкафы, то ругается, то щелкает пальцами. Видно плохо, но достаточно для того, чтобы разглядеть какие-то цепи, тянущиеся из книжных полок. Слизеринец уже собирается помочь кузине выпутаться, но она успевает отпрыгнуть в сторону.

    — Вот это я понимаю запретная секция, а не какие-то древние книжки со сложными заклинаниями, — заключил парень, проходя руками по стеллажу в поисках новых напастей. Но вместо того, чтобы обнаружить скрытые шипы, проклятья или яды, Монтегю натыкается на летящую на него книгу. Он вовремя успевает убрать руку, но книга с толстым кожаным переплетом зависает в воздухе на маленьких крыльях, очень напоминающих драконьи, и громко клацает зубами. — Ну твою мантию, — ругается волшебник и вытаскивает какой-то здоровенный том с полки. Этот хоть не кусается — и на том спасибо.

   — Сгинь, — заботливо шипит Монтегю в сторону Боббин, на которую уже нацелилась летающая книга. Ему удается отбить несколько налётов, а затем он и вовсе со всей силы впечатывает местного вампирёнка в стену. Книга падает на пол, и Монтегю принимается дубасить её ногами, чтобы та утихомирилась. — На ... Получай ... На ... тварь ... — Грэм яростно топчет чьи-то труды ровно до тех пор, пока не слышит знакомый хруст ломающихся зубов. — А вот и твой Фине-что-то там. Оно? — говорит парень, поднимая книгу с пола и передавая её Боббин, а затем переводит взгляд на талмуд, который ранее использовал в качестве щита. — Зачем хранить сказки Барда Бидля в Запретной секции? — непонимающе спрашивает он сам себя, читая название.

Грэм был наслышан, что его сестрица до паранойи увлекается зельями, но как бы удивительно это ни было ... Монтегю было плевать. Он за целый месяц мог сказать ей всего два слова, поэтому ни о каких душевных беседах о прекрасном искусстве зельерарения перед камином и речи не могло быть. Отвращение к зельям у него появилось с самых первых уроков на дому под руководством дражайшей бабули, поэтому, когда он говорил, что Снейп — зачетный преподаватель, то он ни разу не лукавил. Ему было с чем сравнивать. И вот глядя на горящие глаза Боббин (точнее, он предполагал, что они сейчас именно такие, потому что сложно было разглядеть её лицо), Монтегю лишь скривился и отвернулся.

     На самом деле девушка поражала его с каждой секундой. Он почему-то был уверен, что она такая же чопорная, как и эти девицы Гринграсс, но Мелинда моментально подорвалась с места, когда он предложил ей эту авантюру, она кидалась весьма неоднозначными фразочками, а также она спокойно шла рядом с ним, когда они оказались в этой ловушке. Мерлин Всемогущий, кажется, стоит говорить своей сестрице на два-три слова больше, чем раньше.

   — Тогда у тебя ещё не всё выросло, чтобы читать такое, — пошутил Монтегю на предположение о том, что в книге со сказками могут содержаться рассказы с пометкой "для взрослых". Он даже отвел книгу в сторону, чтобы Боббин ничего лишнего не увидела, но это было лишь показательно, потому что он быстро пролистал страницы и никаких постельных сцен не обнаружил. Картинок, увы, тоже. Хотя с другой стороны, он бы точно не хотел увидеть развратные иллюстрации Аши из "Фонтана феи Фортуны".

    — Ничего интересно, — сказал слизеринец, бегло пробегаясь глазами по тексту сказки про зайчиху Шутиху, — пошли отсюда, — скомандовал он, уже собираясь захлопнуть книгу и положить её обратно на полку. Но он вдруг почувствовал какие-то странные ощущение, будто он только что оторвался от земли на метле и взмыл вверх. Обзор снова заволокло темным дымом, и Грэм решил, что в очередной раз рассыпал порошок.

     Ощущение парения закончилось и перед глазами всё прояснилось. Никакой темноты не было. Наоборот, яркий ослепляющий свет ударил в глаза, отчего Монтегю даже сощурился. Ему потребовалось секунд десять, чтобы понять, что обстановка вокруг резко поменялась. Он больше не стоял в темной, затхлой библиотеке, где книжная пыль проникала буквально под кожу, сейчас он закрывал глаза рукой от солнца, стоя на земле, покрытой зеленой травой, а где-то вдалеке были слышны крики вперемешку с щебетанием птиц в небе.

    — Эээээ, — только и смог выдавить Грэм, оглядываясь по сторонам и замечая рядом с собой упавшую Боббин. Он не торопится её поднять, потому что не ещё не до конца понимает, что только что произошло. — Похоже на портал, — сказал Монтегю, разглядывая книгу в своих руках. Он знал, как действуют порталы, но он не думал, что в Хогвартсе разрешено хранить их. Но с другой стороны, книга лежала в Запретной секции, а значит всё сходилось. Хотя парень решил, что было бы проще вообще деактивировать этот портал и отдать сказочки деткам.

    — ВОН ЕЩЁ!!! ЛОВИ ИХ!!! — раздался мужской вопль из-за ближайших деревьев, а затем мимо ним пролетели вилы. Вилы! Которыми гиппогрифами или фестралам сено ворочают. А вслед за вилами появилась стайка каких-то деревенщин, вооруженных местными сельскохозяйственными орудиями.

   — Поооднимайся, — прошептал Грэм, подхватив Боббин одним рывком, — Кажется, нам тут не рады.

Бежать было удивительно легко. На небе ярко светило солнце, а лицо обдавало легким свежим ветерком, вдалеке щебетали птицы, а Монтегю и Боббин неслись по густой зеленой траве. Времени рассуждать о том, как конец снежной зимы сменился на жалкое лето не было, но Грэма никак не отпускала мысль, что это был очень необычный портал. Ни один портал не способен переместить волшебника на такое дальнее расстояние, чтобы оказаться на другом конце планеты. Увы, крики за слизеринцами не стихали, поэтому приходилось делать всё возможное, чтобы оторваться от преследователей. Монтегю уже подумал о том, что мог бы остановиться и нормально потолковать с этим ребятами, но что-то ему подсказывало, что дипломат из него так себе. Ладно бы он был один, но рядом с ним находилась Мелинда, за которую он чувствовал некоторою ответственность, а значит не время действовать необдуманно.

    — Даже не спрашивай, — пробасил Монтегю, перепрыгивая через невысокие кусты и попутно оглядываясь назад. — Это магглы! Волшебники бы не стали ... СЮДА!!! — парень не закончил свою мысль, потому что заметил, как из-за деревьев показалась высокая постройка, а именно — мельница. До неё оставалось меньше ста ярдов, поэтому он ускорился и направился прямиком туда, уводя за собой Боббин.

     Оказавшись в безопасности, Грэхэм уже собрался достать волшебную палочку, как понял, что всё ещё держит в руках томик запрещенки. Конечно, Сказки Бардля Биддля оказались не версией для взрослых, но устраивать из них портал на другой конец света, да ещё и маггловскую глушь — такое себе. Не долго думая, парень быстро хватает руку подоспевшей Боббин, кладет её вместе со своей на обложку и готовится к резкому перемещению обратно в библиотеку. Он даже немного прикрывает глаза, наивно полагая, что снова погрузится в темноту запретной секции, но ничего не происходит.

   — Почему он не сработал? Это же должен быть портал! — непонимающе выкрикивает Монтегю, выглядывая из-за угла, чтобы посмотреть, сколько ещё у них есть времени прежде, чем их настигнул магглы.

Книга не работает. Портал не работает. Голова тоже не работает. Какой-то дурдом творится вокруг. Монтегю даже немного жалеет, что бросил проклятого кота в мадам Пинс и устроил эту заварушку. Но сожалеть о содеянном некогда, тем более рядом ещё трется Боббин, у которой напрочь сбилась дыхалка и она чуть ли не помирает в сторонке. Мельница оказалась идеальным временным убежищем, но крики магглов снаружи стали ещё громче, поэтому Монтегю со злости пнул мешок с мукой, отчего весь воздух заволокло белой пылью.

    — Мы не побежим. Там магглы ... они эээ, — парень постарался подобрать подходящее слово, но так и не нашел его, — ... тупые, — он вытащил волшебную палочку и выглянул в небольшое окошко, которое являло собой дырку в стенке из-за сломанных досок. — Я знаю, чем напугать.

    Монтегю не был экспертом в магглах, но прекрасно знал, что эти чудилы боятся всего необычного, а потому достаточно показать им парящий в воздухе камень или трансфигурацию ботинка в ведро, то они тут же сделают ноги, а потом спустя некоторое время, если до них не доберутся стиратели памяти, отправятся задницами мять койки в Мунго. Ну или что у них там?

    — Инсендио, — сказал Грэм, протиснув руку в окно. Небольшая пущенная искра вмиг воспламенила куст у мельницы прямо перед носом у магглов, Монтегю даже ухмыльнулся собственной догадке, ведь толпа тут же резко остановилась и посмотрела наверх. Именно на такой эффект рассчитывают волшебники, когда творят магию. Магглы в недоумении замирают, а затем громко охают и делают ноги. Но нет ... стоп-стоп-стоп!!!

     — ЭТО ВЕДЬМЫ!!! КОЛДУНЫ!!!
     — К КОРОЛЮ!!!
     — НА КОСТЁР!!!

     Вмиг завопили голоса наперебой, перекрикивая друг друга. В него снова полетели вилы и палки, но к счастью, их хлипкое убежище выдержало такой поток брошенных мотыг и камней.

    — Знаешь, Боббин, кажется, это необычные магглы, — сказал Монтегю, повернувшись к девушке, которая ещё не успела перевести дух. Она явно была обеспокоена. Если раньше Грэм воспринимал всё это, как шутку, то глядя на Мелинду, сейчас ему так уже не казалось. — Они знают, что такое магия. И твердят про какого-то короля, — он сузил глаза, — Откуда у магглов взялся король? — непонимающе спросил он. Не то, чтобы он знал их историю, но в Ежедневном Пророке иногда проскальзывают статейки по поводу их бабульки-королевы, которая по слухам всё-таки из волшебников и которую так хитро подослало магическое сообщество, чтобы контролировать магглов.